Зелимхана привезли в Октябрьский ВОВД. Как уже теперь доказано следствием, руководили пытками над ним, а также и сами его пытали майор Прилепин (кличка Алекс), майор Лапин (кличка Кадет), следователь Журавлев. Пытки были воистину инквизиторскими, столь зверскими и патологическими, что если пересказать - это окажется «детям до 16-ти». Поэтому промолчу, хотя знаю, до какой степени животной гнусности дошли в ночь со 2 на 3 января 2001 года вышеуказанные офицеры МВД.

Однако странности начались с самого первого шага в Чечне. Владимир Игнатенко, следователь вызвавшей прокуратуры, вел себя настолько неадекватно, что время от времени создавалось нехорошее впечатление, что главное для него - не сохранить всеми силами свидетелей по этому делу, а уничтожить их, хотя бы морально, заставить отказаться от дачи показаний и тем самым развалить дело. То Игнатенко давал приказ охранникам прокуратуры вывести меня за ее пределы поздней ночью, намеренно затянув допрос до кромешной грозненской темноты и, значит, комендантского часа, а это в местных условиях равносильно... В общем, сами понимаете, чему - тому, что в сентябре обещал Кадет. То требовал много часов «стоять у киосков» - «пятачок» неподалеку от прокуратуры, в ее видимости, но не в ее пределах, а значит, под контролем, но под пыткой холодом и голодом. Запрещено было пользоваться туалетом, водой - только изредка, под охраной и под контролем, а также заодно и телефоном - связаться с редакцией, например, чтобы сообщить о происходящем... Сочувствующие сотрудники прокуратуры шутили: «Считайте себя административно задержанной...» Спасибо, конечно.

Не боец Игнатенко, хоть и орден Мужества на груди за первую чеченскую войну? Хоть и подполковник.

Не боец. Жаль. И это, увы, подтверждают и некоторые другие эпизоды его рабочей биографии, то, как он вел дела, приехав работать в прокуратуру Чечни. Например, так называемое «дело о гибели санитарных врачей МЧС» - именно Игнатенко его развалил, не желая вникать в суть, и в результате человек, имеющий алиби, сегодня сидит, а убийцы гуляют на свободе. Зачем это нужно было Игнатенко? Чтобы удержаться, чтобы не иметь личных проблем. Послышался окрик «сверху», подобного от него потребовало начальство - и он оправдал надежды... Чеченские правозащитники так и называют Игнатенко между собой: «мастер по развалу дел против военных».