Когда в конце июля нынешнего года был уволен из органов прокуратуры прокурор Дагестана Имам Яралиев, многие местные газеты активно откликнулись на это событие.

Жителей республики очень интересовало, почему полный сил и энергии 50-летний прокурор, который 11 лет блюл закон в Дагестане, не просто оставил свой пост, а был уволен из органов прокуратуры. Народ республики не услышал от нового генерального прокурора России Юрия Чайки ни благодарности в адрес Яралиева за многолетний труд, ни объяснений, почему он оказался не нужен органам со своим огромным опытом и в расцвете сил. Да и сам Имам с народом ни через прессу, ни лично общаться не пожелал, ничего не объяснил.

Поэтому журналисты, естественно, по долгу своей профессии чувствовали себя обязанными хоть как-то объяснить людям это увольнение.

Скажу прямо: господину Яралиеву в период его 11-летней прокурорской деятельности народ не доверял. Когда в дагестанском городе Каспийске в ноябре 1996 года взорвали дом пограничников, прокуратура не нашла виновных. Когда мэра Каспийска Руслана Гаджибекова, обвиняемого в убийстве и хищении полутора миллиардов рублей, прокуратура выпустила под подписку о невыезде, народ недоумевал. Когда после страшного теракта в том же Каспийске 9 мая 2002 года следственная бригада, возглавляемая начальником отдела яралиевской прокуратуры, задержала невинных по этому делу офицеров 136-й бригады и начала их изощренно пытать (факты невиновности этих офицеров по теракту доказаны судом, и было вынесено определение суда, адресованное прокурору республики о противоправных методах следствия), у народа уже не возникало иллюзий в отношении способности прокуратуры Дагестана и ее руководителя бороться с терроризмом.

И подобных «когда» я мог бы перечислить очень много. Дело дошло до того, что даже близкие родственники прокурора стали обвинять Яралиева в неблаговидных делах.

Я откликнулся на это публикацией в «Новой газете» (№ 70 от 22.09.2005) «Прокурор Дагестана устал работать на богатого дядю», где объяснил, почему клан Яралиевых стал самым богатым на юге Дагестана.

Прокурор республики Имам Яралиев подал на меня и «Новую» иск в суд о защите чести и достоинства, оценив их в 300 тысяч рублей. Из одиннадцати исковых яралиевских требований суд признал недоказанными мною два, остальные отклонил. То есть по законам спорта «Новая газета» победила прокурора Яралиева с крупным счетом — 9:2. А по законам Гражданского кодекса меня обязали выплатить теперь уже бывшему прокурору Яралиеву три тысячи рублей, что я с удовольствием сделаю. Тем более что он, бедолага, представил суду справку, что имеет квартиру площадью всего-то 41 кв. м (правда, не сообщил, в каком доме реально проживает, сколько в нем квадратных метров и на чье имя оформлено это жилье).

На решение суда, безусловно, повлияло и то, что родной дядя Имама Яралиева Думьян Яралиев на суде в Дагестане якобы признал, что он оклеветал своего племянника, прокурора республики, написав о нем президенту России, генеральному прокурору и директору ФСБ, обвинив в незаконном предпринимательстве и передаче оружия, проходящего по уголовным делам, своим родственникам. В ответ на вопрос, почему оклеветал, сообщил, что, мол, был «в состоянии расстройства, поскольку на него, его жену и сына возбуждены уголовные дела, и еще добавил — к этому его побудили некие неведомые политические силы.

Безвестным для нас осталось, сколько же месяцев и лет Думьян Яралиев находился «в состоянии расстройства», если многократно бомбардировал генпрокурора и руководство страны своими обвинительными посланиями о незаконной деятельности племянника.

Впрочем, из «состояния расстройства» Думьян Яралиев вышел после того, как, признавшись в клевете на племянника, тут же от суда получил «признание», что по возбужденному против него уголовному делу за экономические преступления он уголовной ответственности не подлежит — за истечением срока давности. Вот какая родственная идиллия получилась в результате вмешательства «Новой газеты».

Так что и заплатить три тысячи рублей за примирение дяди и племянника — дело благое. Хоть не перебьют друг друга.

Но полной гармонии в этом мире нет. Наладив отношения с родственниками, Имам Яралиев вскоре стал решением генпрокура экс-прокурором республики. Жители Дагестана интересуются, и, естественно, местные журналисты ставят вопросы: и по поводу минеральной воды «Рычал-Су», где хозяйничают родственники Яралиева, и по поводу многочисленных нераскрытых дел о терроризме и заказных убийствах.

А прокурор, теперь уже бывший, вместо того чтобы все объяснить людям по-человечески, снова пытается защитить свою честь, оценивая ее на этот раз в 50 тысяч рублей — по искам к трем местным газетам: «Молодежи Дагестана», «Свободной Республике» и «Новому делу».

Но о какой прокурорской чести можно говорить, если проверка Генеральной прокуратуры установила, что подчиненными Яралиеву следователями и прокурорами республики были незаконно привлечены к уголовной ответственности 116 человек, в отношении которых производство прекращено судом за отсутствием состава преступления, а настоящие террористы и убийцы (Атаев, Салихов) получают незначительные сроки; если целый ряд депутатов Народного собрания Республики Дагестан незаконно совмещают работу в парламенте с иной деятельностью. Да что там депутаты! И бывший премьер правительства Алиев и его замы зарплату получали на предприятиях, которыми руководили, а прокурор на это не реагировал. Да и как он может реагировать, когда сам многие годы совмещал руководство прокуратурой республики с членством в Госсовете. Именно при Яралиеве сильные мира сего республиканского масштаба — Магомедовы, Амировы, Гаджибековы и прочие — стали неприкасаемыми. Им все можно. В дотационной республике при бедном народе — богатая власть.

Замы прокурора республики, в частности Амирханов, в нарушение норм права незаконно прекращают производство по нескольким уголовным делам до окончания следственных действий без каких-либо обоснований.

О какой прокурорской чести может идти речь, если человек (г-н Мамеев) жалуется, что служба безопасности завода по розливу минеральной воды «Рычал-Су», принадлежащего родственникам Яралиева, подкарауливает и обстреливает его из автоматического оружия, а прокурор не принимает никаких мер.

Понадобилось вмешательство управления Генеральной прокуратуры по Южному федеральному округу, чтобы дело о покушении на убийство Шалбуза Мамеева, в котором подозреваются охранники фирмы яралиевских родственников, вновь было принято в производство.

Факт увольнения Яралиева из органов прокуратуры многие жители республики и журналисты воспринимают как должное. Полагаю, что новый генеральный прокурор России Юрий Чайка тоже усомнился в его прокурорской чести. И я с ним в этом солидарен.

P.S. В журналистских кругах Дагестана обсуждается возможность вступления Яралиева в должность председателя арбитражного суда республики. С яралиевским багажом и не при власти — было бы странно.